Мария Захарова: "Мне очень хотелось, чтобы часть культуры Кавказа была привнесена в мою жизнь, в жизнь моего ребенка"

"Вестник Кавказа" побывал вчера в гостях у официального представителя МИД РФ Марии Захаровой. В интервью агентству Мария Захарова рассказала о широком круге проблем внешнеполитической повестки дня России, в том числе о сирийском урегулировании, миграционном кризисе в Европе, а также о женщинах в политике и о Кавказе.

Продолжение. Начало см. "Мария Захарова: "США необходимо оправдать расходы на военный бюджет, наращивание своего силового присутствия в Европе""

- Женщины сегодня все больше проявляют себя в политике, играют все более значимую роль в обществе, примеров тому сотни – Валентина Матвиенко, Ангела Меркель, Хилари Клинтон, первая леди Азербайджана Мехрибан Алиева, Федерика Могерини. Но все-таки мужчин в политике больше. А на ваш взгляд, что тормозит активное участие женщин в политическом процессе?

- Усиление женщин в политике должно идти каким-то эволюционным путем, не должно быть ничего искусственно созданного. Все-таки женщины должны сами захотеть начать заниматься и политикой, занимать какие-то посты, идти в бизнес и так далее. Невозможно эту ситуацию развивать искусственно, проводя женщин вперед. Один должен быть критерий – уровень профессионализма. Можно развивать законодательство, чтобы у женщин были равные права и возможности. Но все-таки я за эволюционный путь. Подтверждая свои профессиональные качества, женщина может претендовать на определенные посты или позиции.

- Вам лично в работе мешает или помогает, что вы женщина?

- Бывает и так, и так. В какой-то среде бывает может быть проще наладить контакт, какие-то вопросы могут быть мне понятнее, потому что у меня есть опыт и семейный, и материнский. Но бывают и иные ситуации. Особенно на начальном этапе приходилось сталкиваться с непониманием того, что женщина делает в МИД. Но это все вопрос времени и вопрос того багажа, который нарабатывают женщины. Если ты профессионал, то к тебе будут обращаться не потому что ты женщина или мужчина, а потому что ты можешь оказать поддержку, помощь, можешь выручить в какой-то ситуации. Мой опыт подсказывает, что люди все-таки делают ставку на профессионализм, а не на гендерную принадлежность. Думаю, это должно быть девизом. Нужно становиться профессионалами и тогда многие вопросы просто будут отпадать сами собой.

- В последнее время участились встречи Сергея Лаврова с Джоном Керри, а вы часто общаетесь с вашим американским визави Джоном Кёрби. И как складываются у вас с ним отношения? С Джен Псаки, по заявлениям которой скучают мои коллеги журналисты, у вас отношения были хорошие, вы даже ее защищали от замечаний.

- Я просто считаю, что не должно быть травли человека. Если ты не согласен с какими-то взглядами, ты должен критиковать суть, но это не должно превращаться в травлю личности. Я никогда это не поддержу в отношении кого бы то ни было. Для меня эта тема абсолютно закрыта. Я скорее выскажу все в лицо, почему так считаю, нежели буду ехидничать и издеваться, и уж тем более никогда не буду этом поддерживать в других. Поэтому я не защищала ее, я просто говорила о том, что, если вы не согласны с тем, что говорится, нужно аргументировано выстраивать защиту своей позиции. Я как человек, занимающийся информационной работой, прекрасно понимаю, что это очень трудный хлеб, потому что тебе могут задать любой вопрос, ты можешь быть в прямом эфире, где не будет второй попытки. Мы не можем знать все, ни один человек не может знать все, а к пресс-секретарю, человеку, который руководит пресс-службой, адресованы все всевозможные вопросы от А до Я. Ответов на все эти вопросы мы дать не можем. Иногда происходят осечки, они бывают у всех. Не ошибается только тот, кто не работает. С этой точки зрения я с уважением отношусь к своим коллегам.

Но есть другая тема, я никогда не смогу принять то, что они говорят, если я считаю, что это противоречит нашей позиции. Я жестко и принципиально защищаю нашу позицию, выношу на всеобщее обсуждение те тезисы, которые слышу от своих коллег. С господином Кёрби мы знакомы, пересекаемся в ходе визитов. Сотрудники Департамента информации и печати, сотрудники пресс-службы Госдепа США находятся в тесном контакте. Мы готовим встречи наших руководителей. Мне очень не нравится, что они говорят о России на своих брифингах. Но мы каждый раз пытаемся это дезавуировать.

- Когда вы решили стать дипломатом? Ведь это такой, как вы сказали, тяжелый хлеб.

- Эти мысли посещали меня еще в детстве. Мой папа работал в российском посольстве в Китае, я видела эту профессию вблизи. Это было интересно. С другой стороны, мне была интересна журналистика. Никто в семье никогда не занимался ни журналистикой или другой работой, связанной с публичностью. У нас не было таких традиций. Мои дедушки были связаны с автомобилями в разных ипостасях, бабушка была химиком, преподавала, мама искусствовед, папа дипломат. Но журналистика меня очень привлекала. Я не знала, как это соединить. Потом оказалось, что есть факультет международной информации МГИМО, где учат и дипломатии, и журналистике.

- Остается ли время на личную жизнь, на дочку?

- Ну конечно, а как же. Без этого разве можно жить.

- Что вас привлекает в работе в Министерстве иностранных дел?

- Возможность сочетания традиционных форм работы, которые связаны с государственной службой, которые предполагают и традиционализм, и строгость, и каноничность, с творчеством. Наше ведомство одно из немногих, которое дает возможность сочетать эти две казалось бы несочетаемые вещи. Без творчества, без возможности использования новаторских методов, неординарных подходов, причем в сжатые сроки, в экстремальных ситуациях, здесь делать нечего. При этом должна быть абсолютно четкая базисная основа, связанная с профессионализмом, знанием, с пониманием нашей позиции, с ее отстаиванием, с анализом, с прогнозированием. Сочетание этих двух вещей для меня это самое интересное и притягательное в этой работе.

- У вашего шефа экстремальное хобби – рафтинг. А какое хобби у вас?

- Таких экстремальных увлечений у меня нет, но мне тоже нравится спорт. Родители очень часто переезжали, меняли места работы, мы ездили за папой. Но у меня никогда не было возможности заняться каким-то видом спорта углубленно. Поэтому я перепробовала, мне кажется, все, чем была богата та или иная школа. Занималась и фигурным катанием, у меня даже есть какой-то разряд, и плаванием, и художественной гимнастикой, по ней у меня тоже есть юношеский разряд. Было немного волейбола, стрельбы, а потом уже и ролики, и велосипед… Я занималась тем, что было в виде дополнительных занятий в различных школах. Поэтому сейчас спорт остался в виде фитнеса, какого-то активного времяпрепровождения.

У меня есть и другие, более спокойные хобби. Я коллекционирую китайскую керамику. Даже была небольшая выставка в Москве. Пишу статьи на эту тему. Потому что я китаист, изучала историю, культуру Китая. Это стало основой моей научной работы, защитила кандидатскую диссертацию по Китаю.

- У "Вестника Кавказа" всегда есть традиционный вопрос: бывали ли вы на Кавказе, есть ли у вас там какие-то любимые места?

- Не просто бывала, значительную часть детства провела там. Наиболее яркие впечатления связаны с Абхазией. Родители ездили отдыхать в Сухуми (сейчас называется Сухум) и это была ярчайшая страница детства. Климат, люди, традиции, еда, абсолютно иная энергетика. Это все наполняло меня, и до сих пор все, что связано с Кавказом, для меня имеет особую какую-то значимость. Я люблю культуру, обожаю музыку, первый раз об этом говорю публично, я очень люблю мужское хоровое пение, лезгинку, для меня это самая динамичная музыка, самая энергетически заряженная музыка. Когда сил больше нет и как-то нужно зарядиться, нахожу в интернете эту музыку, слушаю. Мечтаю сходить на концерт, где смогу посмотреть профессиональное исполнение лезгинки.

Мне нравится кавказская еда. На Северном Кавказе я была только в Северной Осетии. Был визит министра в Южную Осетию, и мы ехали через Владикавказ. Но я много читаю об этом регионе, думаю, что еще получится съездить.

- А что касается республик так называемого Южного Кавказа?

- К сожалению, никогда не была в Тбилиси. У меня очень много там друзей, которые регулярно приглашают туда. Надеюсь, что осуществлю эту мечту. Регулярно бываю и в Ереване, и в Баку. Это связано с работой, но каждый раз это для меня это большое удовольствие, потому что и там, и там у меня есть знакомые, друзья, коллеги. Я вижу, как развиваются эти страны. Каждый раз приезжая в Баку, я в восторге от того, что происходит с этим городом. Старый Баку - архитектурное достояние Баку, сколько сил, души в него вложило руководство Азербайджана, это просто фантастика. Чувствуется, что это  жемчужина, которую холят и лелеют. Очень люблю бывать в Ереване, каждый раз все заканчивается застольями с нашими коллегами, с друзьями. Гранатовое вино, песни и так далее.

В моем роду нет никого с Кавказа, но энергетически он мне близок, близка его культура. Крестный моей дочери, человек, не являющийся кровным родственником, приглашенный в качестве ближайшего человека для моей дочери – человек с Кавказа. Это был мой осознанный выбор, потому что мне очень хотелось, чтобы часть этой культуры была привнесена в мою жизнь, в жизнь моего ребенка.


Другие материалы